Можно ли стать гением?
Когда Лев Толстой познакомился с
демонстрацией феноменального счета
виртуозом Диаманди, он сказал, что это
«в сущности, способность,
5необыкновенно ценная для всех». Но, как
видно из дальнейших слов писателя, не
для быстрого счета. Толстой думал о
другом: «Как бы хорошо было уметь
решать всякие вопросы так, как Диаманди
10решает задачи! Забыть обо всем
постороннем, сосредоточить мысль и
продумать вопрос до конца, до полной
ясности…» Можно ли стать гением?
Вдумайтесь в слова Льва Толстого.
15Предельно кратко и предельно ясно в них
сформулирован ход решения любой
творческой задачи. Посмотрите, как
просто: – забыть обо всем постороннем; –
сосредоточить мысль; – продумать вопрос
20до конца; – добиться полной ясности.
Думаю, не ошибусь, если скажу –
гениальный Толстой показал здесь
процесс мышления, который ему
отчетливо представлялся как человеку
25выдающейся одаренности. Вероятно,
великий писатель, работая, так и
поступал, стремясь к достижению
«полной ясности» в своем творчестве. И,
как мы знаем, он достигал ее. В
30произведениях Толстого удивительно
отчетливое видение жизни повергает в
восторг миллионы людей не одного
поколения.
Казалось бы, как просто: бери готовую
35формулу творческого процесса – некий
свод правил, подсказанный гением,
применяй для решения своих проблем,
своих творческих задач, и добьёшься
таких же результатов. Но …
40Известный писатель Даниил Гранин –
автор замечательных романов о людях
науки, о сложных путях творчества –
опубликовал интересные заметки,
названные «Священный дар».
45В них он подходит к ответу на вопрос
«что такое гений?» широко, привлекая и
«лирику» и «физику».
Надеюсь, Гранин и читатели извинят
меня за слишком утилитарный подход к
50его «Священному дару»: я вынужден
быть «рационалистом», ибо тема этого
монолога слишком локальна.
«Может ли человек стать гением?» –
спрашивает Даниил Гранин. Он берет
55пушкинского «Моцарта и Сальери» и на
анализе столкновений их творческих
начал делает психологически
насыщенные рассуждения.
«Из всей галереи гениев человечества
60– ученых, поэтов, художников,
мыслителей – Пушкин выбрал именно
Моцарта.
Выбор, поразительный своей
безошибочностью… «Моцартианство» –
65ныне привычное определение гения,
творящего легко и вдохновенно,
обозначение «божественного дара»,
«вдохновения свыше». Гений Моцарта
исключителен – он весь не труд, а
70озарение, он символ того таинственного
наития, которое свободно, без усилий
изливается абсолютным
совершенством».
«Но можно ли стать гением?» –
75спрашивает еще раз далее Гранин.
«Стать, достичь трудом, силой своего
разума того, что считается
божественным даром? Сальери считал,
что – да, может». Человек может все.
80Сальери верил во всепобеждающее
могущество человеческой воли, цели,
алгебры, науки…
Он родился «с любовью к искусству».
Это не талант, в нем не было того, что
85заставляет с детства безотчетно творить,
сочинять. Творчество у Сальери – не
потребность, не способ самовыражения,
осуществления себя, для него это скорее
выбор профессии, цель, он идет к ней
90расчетливо, последовательно:
… Труден первый шаг
И скучен первый путь. Преодолел
95Я ранние невзгоды. Ремесло
Поставил я подножием искусству;
Я сделался ремесленник: перстам
Придал послушную, сухую беглость
И верность уху. Звуки умертвив,
100Музыку я разъял, как труп. Поверил
Я алгеброй гармонию. Поверил
Я алгеброй гармонию, Тогда
Уже дерзнул, в науке искушенный,
Предаться неге творческой мечты.
105
«Молодость Сальери, зрелость, вся его
жизнь возникла для меня, – говорит
Гранин, – как целеустремленная, в каком-
то смысле идеальная прямая.
110Таким представлялся мне идеал
ученого. Настойчивость и ясное
понимание, чего ты хочешь. Шлиман
десятилетним мальчиком дал себе слово
найти, откопать остатки древней Трои. И
115подчиняет всю свою жизнь этой задаче.
Фарадей семь лет подряд пытался
обнаружить, порождается ли
магнетизмом электрический ток. Он не
знал отвлечений от любимой
120поставленной собой цели – «работать,
заканчивать, опубликовать».
Одержимость своей идеей – вот, как
мне казалось, отличительная черта
истинно великого ученого. Сальери тоже
125одержим. Но идея у него особая – стать
творцом.
Способность творить не была ему дана,
он добывал ее, вырабатывал…» Да,
Сальери, чтобы "выйти в гении", шел
130путем, к которому и теперь иногда зовут:
труд, труд и еще труд. Но не труд во имя
слепого поиска и в надежде на
призрачную удачу, а труд по заранее
намеченной (как теперь говорят)
135программе, предусматривающей
конечный результат.
«Вполне современно, – заключает
автор «Священного дара». – Так же, как
сегодня занимаются математическим
140анализом музыки, чтобы построить
программу, следуя которой машина
сможет сочинять музыку. Работают над
этим не композиторы, а математики.
145Они пробуют учесть вдохновение,
чувствительность гения, подробности
жизни. Для этого вводится элемент
случайности – «метод Монте-Карло».
150Они изучают правила, находят
параметры, алгоритм синтеза. Подобно
Сальери, они "поверяют алгеброй
гармонию" тональной музыки Баха,
Глюка, Гайдна, того же Моцарта,
155вырабатывают гармонический план и т.
д.
Такие опыты проводят ныне во многих
лабораториях. Но то математики, им
интересно уточнить некоторые законы.
160Сальери же ищет правила, по которым
он сможет творить; это правила не
арифметики, а алгебры, ему мало
сочинять - ему нужно научиться
создавать великое, то, что создают гении.
165Механизм гениального, своего рода
философский камень; он ищет секрет,
как делается божественная музыка.
В наше время, задавшись такой
целью, он мог бы стать выдающимся
170кибернетиком».
Мы с вами знаем, что, несмотря на
высокий уровень композиторского
мастерства и даже славу, и признание, и
успех, не нашел Сальери, и его
175последователи не нашли
удовлетворительного ответа на свой
вопрос. И найдут ли?!